Учитель на века. Максим Филаретов.

Преподавание — труд, мягко говоря, нелегкий. Чтобы стать хорошим учителем, нужно не только обладать нужными знаниями и безграничным терпением, но и уметь находить правильный подход к своим ученикам.

Швейцарский педагог Иоганн Генрих Песталоцци знал это лучше, чем кто-либо еще. Может быть потому, что нормальный подход к преподаванию ему буквально приходилось изобретать с нуля…

Европейские уроки

Рискну предположить, что все мы вспоминаем школу со смесью ностальгии и недовольства. Если кто-то говорит, что его среднее образование было безупречным, — вероятнее всего, он лукавит или имеет проблемы с памятью. Занудные уроки, заучивание больших объемов текста, равнодушные учителя, издевки одноклассников — атрибуты стандартной средней школы с годами остаются неизменны. И здесь можно воскликнуть: мол, ведь так было всегда! И это будет почти что правдой, поскольку «всегда» было гораздо хуже, причем без малейшей надежды на просвет.

Конец XVIII и начало XIX века, казалось бы, стояли на дворе совсем недавно, только руку протяни. Европа давно выбралась из дремучего Средневековья, миновала Возрождение и спокойно топала по дороге к современности. Педагогику там воспринимали вполне серьезно, обучая детей чтению, письму, основам счета и, конечно, заучиванию молитв и цитат из Библии. Последние пункты могут вызвать вопросы, но ничего удивительного в них не было: образованием в то время занималась в основном церковь, справляясь с этим по мере своих возможностей. В любом случае это был далеко не худший вариант — для тех, кому повезло родиться мальчиком в более-менее обеспеченной семье.

В число таких вот счастливчиков попал и юный Песталоцци, родившийся в Цюрихе 12 января 1746 года. Его родители и без того были небогаты, а с ранней смертью отца ситуация ухудшилась, но Иоганна все же приняли в начальную немецкую школу.

И там он, сообразительный в общем-то пацан, с ужасом понял, что ему совершенно не дается зубрежка.

Путь в деревню

Казалось бы, подобное открытие рано или поздно совершают очень многие — если не в школе, то в институте. Обойти это можно по-разному, используя всякие методики для запоминания или просто шпаргалки, но главное — перетерпеть и сосредоточиться на интересном, верно?

В наше время — возможно. А вот в Цюрихе середины XVIII века зубрежка составляла незыблемую основу обучения, являлась альфой и омегой впихивания знаний в светлые головы школяров.

К счастью, Иоганн Песталоцци, неспособный на подвиги вроде заучивания катехизиса, с детства обладал тем самым невероятным запасом терпения. Считаясь нерадивым учеником, он тем не менее успешно получил начальное образование, с надеждой устремившись в образование среднее, поскольку искренне хотел получать новые знания. Увы, что в средней латинской школе, что в высшей Цюрихской школе Коллегиум Каролинум, предназначенной для будущих чиновников и представителей духовенства, его ждала одна и та же картина: бесконечные часы за неудобными партами, без возможности разогнуть спину и пройтись, суровые преподаватели, наказывающие за малейшую провинность, и зубрежка, зубрежка, зубрежка… «Ну а что ты хотел? — разводили руками уже выросшие друзья и коллеги. — Так было всегда». Песталоцци какое-то время с этим соглашался, в душе радуясь, что хотя бы вырвался из жуткой системы.

Сначала он планировал стать богословом, затем — юристом, но планы попутала любовь. Иоганн без памяти влюбился в Анну Шультгес — прекрасную девушку из богатой купеческой семьи, которую родители соглашались выдать замуж только за солидного жениха. В итоге в 1767 году он оставил все предыдущие планы и занялся сельским хозяйством сначала в одном, а затем другом имении.

Через 2 года состоялась свадьба, а заодно пришло очередное осознание, еще более ужасное, чем в детстве. Иоганн совершенно не годился в земледельцы…

Знания и труд

Сельская жизнь не сделала Песталоцци обеспеченным человеком, зато утвердила его в мысли, что текущая система образования никуда не годится.

Плотно общаясь с селянами, он осознал, что большинство крестьянских детей вообще лишены доступа к образованию.

Именно тогда он задумался о карьере преподавателя, организовав для начала уникальную трудовую школу «Учреждение для бедных». Приняв туда около 50 детей-добровольцев, Иоганн летом обучал их работе в поле, зимой — ремеслам, а одновременно с этим — всем тем вещам, которым его самого учили в начальной школе.

Только не через чудовищную зубрежку, а с примерами, интересными задачами и историями — в общем, всем тем, что присутствует в нормальной современной нам с вами школе. Этот метод сам Песталоцци называл «природосообразным», то есть соответствующим природе и максимально стимулирующим умственную деятельность человека.

Через несколько лет стало ясно, что трудовая школа в той форме, что была реализована, попросту нежизнеспособна.

Как только крестьянские дети начинали прилично трудиться и зарабатывать свои деньги, родители тут же забирали их из заведения. Песталоцци с глубоким сожалением закрыл школу, но воспользовался перерывом, чтобы написать несколько трудов, где подробно изложил свои взгляды на педагогику. «Досуг отшельника», «Лингард и Гертруда, книга для народа», «Как Гертруда учит своих детей» — эти книги предназначались не для общеобразовательных учреждений, а для небогатых людей, в особенности матерей, которые не могли отправить детей в школу.

Природа личности

Сегодня основные принципы Песталоцци звучат до наивности очевидно, но 200 лет назад были абсолютно новаторскими. Знания нужно не просто копить, а применять на практике. Обучение должно быть наглядным, то есть во многом состоять из примеров и задач. Дети, особенно младшего возраста, должны впитывать информацию не только с помощью заучивания, но и игры, с обязательными перерывами на физическую активность. Важная часть развития ребенка — его наблюдения за окружающим миром, а не бездумная зубрежка текста. Только единство природы человека и природы вокруг способно родить гармоничную личность — и неважно, была эта личность богачом или бедняком, мальчиком или девочкой.

Все эти постулаты педагог не просто описывал в книгах, но и успешно применял на практике. Когда швейцарское правительство предоставило ему полуразрушенный монастырь в Штансе для организации приюта, Песталоцци взял на себя все посильные и непосильные задачи для обучения беспризорников. Он работал и начальником, и учителем, и казначеем, и дворником, и сиделкой — один почти на сотню детей. Его пример принес плоды, но через несколько лет французские войска заняли монастырь под госпиталь, и школу вновь пришлось закрывать. И все же один из величайших учителей своего времени не отчаялся, путешествуя по Европе и совершенствуя свои методы образования. За это время он собрал вокруг себя множество единомышленников и учеников, разделяющих его взгляды и распространивших метод по разным странам. В 1826-м Иоганн написал свое последнее произведение, «Лебединая песня», подводя итог всей жизни. В следующем году его не стало.

Неизвестно, как бы сегодня мы обучали наших детей, если бы не гениальность, доброта и упорство одного несостоявшегося швейцарского богослова.

Источник: журнал «Оракул» №6, 2020 год.

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *