Екатерина Сиенская (Святая).

Сиенская Екатерина   (25.03.1347- 29.04.1380) – итальянская религиозная деятельница и писательница, причислена к лику святых католической Церковью. Признана одной из трёх женщин – Учителей Церкви

«Всем советую читать жизнеописания Св. Терезы,Екатерины Сиенской и Св. Гертруды, и многие положения в книгах Учения станут яснее». (Письма Е.И.Рерих, 03.02.39.).

Имена этих необычных женщин, причисленных к лику святых, Е.И.Рерих упоминает в связи с их мистическим опытом общения с Иисусом Христом. В сердце и сознании своем им уже тогда удалось соединить два мира – Тонкий Высший и Физический Плотный.

Екатерине Сиенской, этой скромной итальянской девушке, принадлежит выдающееся место в истории ХIV века. Аскетическое подвижничество Екатерины превосходит своей суровостью, своими размерами и физическими результатами все, что можно привести из истории средневекового монашества. Полуграмотная и болезненная, но необыкновенно сильная духом дочь сиенского ремесленника становится учителем своих духовных руководителей, советником царей и наставником пап. Не самолюбие, а любовь руководит ею. И эта же любовь дает ей силу и власть над своим собственным изнемогающим телом и над волей других.

В 1347 году, в год страшной эпидемии “черной чумы”, за несколько месяцев унесшей более трети населения Европы, в Сиене, в семье красильщика сукон Якова Бененказа родилась дочь Екатерина. Она была двадцать четвертым, предпоследним ребенком в этой большой и благочестивой семье.

Девочка росла умным и веселым ребенком. Но на шестом году жизни у Екатерины было первое видение. Возвращаясь однажды домой, она увидала на небе прекрасный чертог, в котором на царственном престоле сидел Христос, окруженный апостолами. Это явление так поразило её, что с этого момента нрав ее изменился, она стала молчалива и задумчива, начала искать уединения для молитвы, стала меньше есть и бичевать тело веревкой. Так пробудилось религиозное призвание Екатерины.

Уже в семилетнем возрасте она решила стать «невестой Христовой», дав обет никогда не знать другого жениха и вечно оставаться девственницей. Но когда Екатерина подросла, родители начали присматривать ей женихов, что встретило упорное сопротивление девушки. Призванный на помощь доминиканский монах, вместо того, чтобы убедить её выйти замуж, сам поддался её влиянию и посоветовал поступить по примеру св. Клары. – Екатерина обрезала волосы. Согласно обычаям того времени это означало, что она приняла постриг. Так намерения девушки открылись, и между ней и семьёй началась упорная борьба.

Чтобы лишить её возможности уединяться и предаваться молитве, Екатерину заставили исполнять чёрную работу в доме и на кухне, специально уволив всю прислугу. Она безропотно покорилась и исполняла тяжёлую работу добросовестно и даже охотно. Для неё это приобрело значение служения Высшему. Свободное же время она по-прежнему отдавала молитве. Однажды отец во время её горячей молитвы увидел над ней парящего белого голубя, который при его приближении вылетел в окно. С тех пор этот мягкий и миролюбивый человек больше не препятствовал дочери ни в чем.

Уже в детстве Екатерина почувствовала отвращение к мясу, а затем постепенно стала лишать себя и всякой другой приготовленной пищи. С 20 лет она перестала есть и хлеб. Ее пища состояла только из салата или овощей. Обыкновенно она ела их сырыми, лишь иногда – с приправой растительного масла. К концу своей жизни Екатерина стала всё больше и больше воздерживаться от пищи. Можно сказать, что она жила исключительно хлебом Евхаристии, стараясь с разрешения духовника ежедневно причащаться.

Спала Екатерина на деревянных досках без всякой подстилки, подложив полено под голову. Но как спала! Она проводила в молитве всю ночь, и только после заутрени, когда вставали монахи, позволяла себе короткий отдых. Со временем же она так отвыкла от сна, что в двое суток спала не более получаса, признаваясь при этом духовнику, что никакая победа не стоила ей так много борьбы, как победа над сном.

Не довольствуясь и этой победой над потребностью тела, Екатерина подвергала его непосредственным истязаниям. Сначала она носила на теле власяницу, но потом заменила её железною цепью, которою так крепко опоясывалась, что она врезалась в тело и воспаляла кожу. Добровольное самоистязание, как и невольное страдание, причиняемое ей её постоянной болезненностью, было для Екатерины источником высокого духовного удовлетворения и даже блаженства. По её представлениям, этим способом не только сокращались муки, ожидавшие её на том свете, но, что особенно её утешало, сокращались муки других.

Когда опасно заболел отец, Екатерина горячо молилась о его выздоровлении и прощении его грехов, говоря о готовности взять всю кару за них на себя. Эта мольба Екатерины была услышана: в минуту смерти отца Екатерина почувствовала боль в кишечнике, которая не покидала ее на протяжении всей жизни.

Она всегда была готова и всегда желала искупить страданием своего тела общественное зло и невзгоды своего отечества и церкви. Жажда страданий у Екатерины проистекала, в основном, из желания следовать Христу, страдать подобно Христу и вместе с Ним. Ибо однажды в видении Господь сказал ей: «Дочь Моя, если ты хочешь приобрести доблесть мужества, то необходимо, чтобы ты взяла Меня в образец». И тогда она сама стала молить о страданиях. И эта просьба была услышана. С этого дня Екатерина стала ежедневно испытывать как в сердце, так и в теле, страдания Спасителя. Как и Франциск Ассизский, она удостоилась стигматов пяти ран Христовых. Но умолила Господа, чтобы они не были видны людям – она лишь чувствовала постоянную боль от них. Эти страдания Екатерина воспринимала как ниспосланную благодать, которая делает её достойной “небесного Жениха”.

Мечтая стать истинной невестой Христа, она истово молила Господа: “Сочетайся со мной браком в вере!” И однажды, в карнавальный вечер 1367 г., когда люди справляли “праздник живота” и шум наполнял город, перед ней явился Господь, сказавший: “Ныне, когда остальные развлекаются, Я решил отпраздновать с тобой праздник твоей души”. Христос надел ей на руку золотое кольцо с прекрасным алмазом и четырьмя жемчужинами и сказал: “Се, Я сочетаюсь с тобой браком в вере, Я – Творец и Спаситель твой”. Видение исчезло, но кольцо, которое видела только Екатерина, навсегда осталось на руке.

Ее “Жених и Спаситель” “наставлял её всему, что было полезно её душе”. Целые часы проводила она с Христом, внимая Его поучениям. Эти видения сделались главным источником её духовного развития. Однажды Екатерина попросила Господа взять у неё сердце и собственную волю. “Сердце чистое сотвори во мне, Боже, ” – молила она. И Христос, вынув сердце её, дал взамен сердце лучезарное. На груди ее над сердцем навсегда остался след от полученной при этом раны.

Сначала эти экстатические состояния происходили только во время уединенной молитвы, потом открыто и при всех, особенно во время богослужения. Глаза её при этом были закрыты, уши глухи к любому, даже самому сильному звуку, тело неподвижно и бесчувственно, и скорее можно было сломать что-либо, чем изменить положение её тела. Екатерина так устремлялась к небу, что видевшие это, утверждали, что она приподнималась над землей.

Именно эта “неземная” по своему образу жизни девушка, проводившая большую часть времени без пищи, без сна, в религиозном экстазе, могла или, вернее, должна была взять на себя руководящую роль в спасении Италии и папства. В эпоху смут и разнузданных страстей она стремилась даровать своему отечеству мир. Она была для Италии и для католического мира тем, чем в следующем поколении стала для Франции Жанна д’Арк. Обе девушки вышли из народа, обе в священном пылу самоотвержения победили свою женскую робость и стали наставниками вождей. Обе черпали силы для жизненного подвига в Любви к Богу и людям.

Именно в любви берёт своё начало религиозное чувство Екатерины. Любовь к Христу проявляется у неё в любви к человеку. Она пишет: “Какое другое доказательство нашей любви можем мы дать Христу, кроме сострадательной любви нашей ко всякому творению, имеющему в себе разум?” Вся историческая деятельность св. Екатерины состоит из подвигов любви, самоотвержения и милосердия. Милосердие это проявлялось и в милостыне нуждающимся, когда она отдавала им все до последней рубашки, даже в зимнюю стужу. И в уходе за больными, от которых отказывались все – за прокажёнными и заразными. Для подавления естественной брезгливости, внушаемой гнойными и зловонными ранами, Екатерина целовала эти гноящиеся раны, и со смирением выслушивала глумление над собою тех, за которыми ухаживала. Это был аскетизм в новом и самом высоком смысле этого слова. Аскетизм Любви. Девизом ёе собственной жизни можно считать сказанные ею же слова: “Любовь никогда не остаётся бездеятельна, но всегда проявляется в великих делах”. И Екатерина вершила свои великие дела.

К уходу за больными добавилась и забота о душах. Из сестры милосердия Екатерина сделалась миссионером и с не меньшим рвением, чем от телесного недуга, старалась спасать людей от гибели духовной. Сначала она просто молилась о них, но потом стала утешать и наставлять. Её личное обаяние было так велико, увещания были так пламенны, что она всегда имела успех. Господь сказал, что пошлёт её, одарённую добродетелью и божественной мудростью, для сокрушения гордыни и высокомерия тех, кто считает себя учёными и мудрыми. «Я буду руководить путём твоим. Я дам тебе красноречие и мудрость, перед которыми никто не устоит. Я поставлю тебя перед лицом правителей церквей и народа христианского, чтобы чрез слабых сломить высокомерие сильных».

Молва о Екатерине стала распространяться по всей Тоскане. Невеста Христова сделалась ангелом мира для своей родины, и все чаще и чаще стали к ней обращаться горожане Сиены, чтобы с её помощью прекращать свои кровавые распри. Вскоре примеру горожан последовали воинственные дворянские роды. Всё чаще и чаще обращались к Екатерине со своими нуждами не только частные лица, но и государственные люди и синьории итальянских городов. Всё значительнее расширялся круг её переписки, и всё чаще ей самой приходилось ради дел мира и блага ближних выезжать из Сиены. В своих поездках она имела больше возможностей познакомиться с великими интересами своего века и с выдающимися деятелями. Так, среди видений, подвигов милосердия и усилий поддержать мир между людьми для двадцативосьмилетней Екатерины Сиенской наступил момент, когда ей пришлось лично вступить на широкое поприще итальянской политики.

Бедствия Италии усугублялись и тогдашним ненормальным положением папства. Уже 70 лет папы пребывали в Авиньоне, хотя столицей и колыбелью католичества был Рим. Ведь власть пап была основана на идее их преемственности апостолу Петру, как первому римскому епископу. Так к внутренним противоречиям, раздиравшим Италию, добавилось ещё и недовольство властью иноземных пап, которое, в конце концов, переросло в открытое восстание. Зачинателем этого восстания выступила богатая Флоренция. Во время распри между итальянскими городами и папой  Екатерина обращалась с письмами как к флорентийской синьории, так и к папе, смиренно, но весьма твёрдо и ясно указывая им правильный путь. Но писем оказалось недостаточно. Её, чья святость была так широко известна, стали убеждать отправиться в Авиньон в качестве посредницы между республикой и папством.

Екатерине было тогда 29 лет. Тело ее было совершенно надломлено, но душевные силы достигли высшего напряжения. Радея о благе церкви, полная любви к Богу и ближнему, она с радостью приняла сложнейшее поручение и пустилась в далекий и трудный путь. Там, в центре католического мира того времени – Авиньоне, ей, простой, но верующей в святость своего дела девушке, пришлось держать убедительную речь перед папой, кардиналами и богословами на заседании папской консистории. Екатерина Сиенская в Авиньоне воплощала собой совесть пап и папства. Папа Григорий XI понимал, что его долг – быть в Риме, но не имел силы его исполнить. В Екатерине он нашел опору в принятии решения. Буквально следуя её совету, Григорий XI отправляется в Рим.

Так исцелилась застарелая рана – раскол между папой и Римом, и осуществилось главное условие для умиротворения Италии. Однако кровопролитие в ней прекратилось не сразу. Екатерина непосредственно участвовала в мирных переговорах между папой и Флоренцией. Она охлаждала пыл флорентийцев и в то же время не оставляла в покое папу, стараясь склонить его своими письмами к уступчивости и миру.

Самая важная из задач, которую Екатерина возлагала на Григория XI, заключалась в реформации церкви. Об этой реформации она постоянно писала папе, двумя причинами объясняя то, что церковь утратила свой авторитет и светские владения: войной и отсутствием добродетели. «Если хотите справедливости, то и сами оказывайте её. И мир вы обретете, если покинете нечестивую, вредную роскошь и наслаждение мира, соблюдая одну только славу Господню и то, что подобает церкви». Но вскоре по возвращении в Рим Григорий XI скончался, не успев принести мира Италии.

Новый папа принявший имя Урбана VI, человек учёный и благочестивый, вступил на престол с благими намерениями, но оказался слишком горячего и крутого нрава. Он подверг резкому осуждению пороки прелатов и, немедленно принялся за реформы при папском дворе. До своего возвышения на папский престол Урбан VI заслужил репутацию разумного и честного человека, но всемогущество преобразило его и быстро развило в нем несдержанность в проявлениях воли и гордое упрямство. Это очень тревожило Екатерину. Считая папу наместником Христа, всегда готовая пасть пред ним ниц в глубоком смирении, она, тем не менее, неустанно призывала его постараться управиться с собой и направить себя к святой и доброй жизни. Она прекрасно осознавала те вредные для церкви последствия, которые могли произойти из-за слабых сторон его характера. Она настаивала на том, чтобы в церкви были лишь истинные служители Христа, а не те, кто, как сейчас, «проводят жизнь в тысячу раз в больших наслаждениях, в большей роскоши и суете мирской, чем, если бы они были мирянами! Сколько мирян служат им к посрамлению, ведя добрую и святую жизнь!» Екатерина заявляла, что дело реформы требует от папы не только готовности пострадать за него, но и энергичной борьбы. Для этой борьбы нужен меч – ненависть к пороку и любовь к добродетели. “Вот этот меч, отец мой, прошу я вас пустить в дело. Пришло для вас теперь время обнажить этот меч, который состоит в том, чтобы ненавидеть порок в вас самих, в пастве вашем и в служителях св. церкви… Итак, отсеките порок”.

Не долго пришлось Екатерине вести борьбу за исправление церкви. У неё начались сильнейшие боли. Но она продолжала нести свой подвиг и говорила: “Мне бы не хотелось уйти …пока мне не удастся сколько-нибудь вразумить этот народ и прикрепить его к Отцу “.

Екатерина окончательно слегла. Её тело было в полном оцепенении, и жизнь ёго выражалась только в невыносимых страданиях. Но душа её бодрствовала и жила прежними заботами. Екатерина наставляла своих духовных детей и, как бы завещая свою волю, каждому указывала дальнейший путь в жизни. Вскоре положение Екатерины ухудшилось. Она уже не могла говорить, не была даже в состоянии пропустить каплю воды сквозь горло, а между тем её дыхание пылало. В предсмертной молитве она сокрушалась лишь о том, что не исполнила желания Христа об исправлении церкви.

Екатерина Сиенская ушла из жизни в возрасте 33 лет.

О её уходе Е.И.Рерих в письме от 12.12.44 писала: «…Случается, что большие Духи в своей ярой устремлённости к принесению максимума помощи пренебрегают осторожностью и излишней выдачей своей психической энергии открывают себя тяжким заболеваниям и тем сокращают свою жизнь, как было с Рамакришной и Вивеканандой. Так же преждевременно ушла и Екатерина Сиенская. От чрезвычайного напряжения при несении подвига её нервные центры воспламенились, и она сгорела в муке ярой. Так называемая «огненная смерть» чрезвычайно мучительна. Истинно, отдавшие себя на подвиг постоянно идут по краю пропасти».

 

Памятник Святой Екатерине Сиенской в Риме.

 

Источник: https://www.agni-age.net/catalog.htm

(“Женщины мира – деятельницы на ниве культуры”, часть 3)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *