«Богу – богово, а кесарю – кесарево».
Эта небольшая по размеру картина, 75×56 см, — настоящий шедевр. Творение Тициана, созданное художником в 1516 году, в период расцвета его таланта, ждала сложная, а порой и поистине драматичная судьба.
Герцоги д’Эсте, правители Феррары, а потом Модены, всегда отличались любовью к искусству и охотно покровительствовали художникам. В Ферраре с XV века работали выдающиеся мастера — Козимо Тура, Франческо дель Косса, Эрколе де Роберти и Доссо Досси. Привлеченные прекрасной архитектурой города и слухами о щедром меценатстве героцогов, Феррару посещали и иностранные художники — например, в 1450 году, по дороге в Рим, побывал здесь великий фламандец Рогир ван ден Вейден. С большим вкусом собирали герцоги свою коллекцию живописи, и в ней были творения лучших художников Италии и других стран.
В 1505 году на феррарском троне воцарился Альфонсо д’Эсте (1476- 1534). Это был очень незаурядный человек. Отважный, последовательный, умевший любить и ненавидеть и осмелившийся взять в жены саму Лукрецию Борджа, дочь папы Александра VI, самого порочного папы в истории Ватикана, о которой что только тогда не говорили — интриганка, отравительница, распутница… Однако, с точки зрения политической, союз этот оказался весьма успешным — Лукреция родила герцогу 8 детей, из которых четверо выжило, неплохо управляла герцогством, когда Альфонсо уходил на войну, и собрала при своем дворе блестящих поэтов и художников, с удовольствием посвящавших ей свои творения.
Жил герцог Альфонсо в очень непростое время — время заговоров, предательств, захватнических войн, но, несмотря ни на что, он сумел сохранить свое небольшое государство от посягательств Ватикана и других не менее могущественных врагов. Недаром папа Юлий II в 1510 году отлучил Альфонсо от Церкви — уж очень он был строптив, этот герцог.
Более того, его армия внесла большой вклад в победу французов над армией стран Священной Лиги при Равенне (1512 год). И все последующие годы правления Альфонсо I были наполнены борьбой с Ватиканом. Альфонсо никак не хотел подчиняться папской власти, главным для него было сохранить независимость своего маленького государства.
Как и его предшественники на феррарском троне, Альфонсо был известным ценителем прекрасного. Благодаря ему в городе трудились выдающиеся архитекторы и художники того времени. В 1514 году Джованни Беллини, один из лучших художников Венеции, написал для него картину «Пиршество богов», а позже герцог пригласил к своему двору и другого венецианца, Тициана Вечеллио, ставшего после смерти Беллини лидером венецианских художников и назначенного официальным художником Венецианской республики. (Тициан сохранял этот почетный титул 60 лет, до конца своих дней.) По заказу герцога Альфонсо Тициан и написал (наряду с другими великолепными творениями) картину «Динарий кесаря» — возможно, как говорит Вазари, она украшала дверцу шкафа в одной из комнат феррарского дворца.
Вазари так рассказывает об этой работе: «Там же (во дворце на дверце шкафа) Тициан написал чудесную и великолепную погрудную картину Христа, которому злой еврей показывает императорскую монету. Эту голову вместе с другими, выполненными в той же комнате, наши лучшие художники восхваляют как превосходнейшие и наилучшим образом удавшиеся из всех, которые когда-либо писал Тициан».
Сюжет этой картины был явно выбран не случайно. Он отвечал мыслям Альфонсо о том, как должен быть устроен мир. В этой евангельской притче о Христе и коварных фарисеях четко устанавливались границы божественного и мирского. Христос говорил своим последователям: Богу (и его наместникам на Земле) не нужны деньги, материальные блага, Ему нужно нравственное совершенство, моральная чистота. А деньги — деньги нужны земным правителям…
В Евангелии от Матфея (22:16-23) рассказывается такая история. Фарисеи, недовольные тем, что Иисус открыто говорил об их продажности, ханжестве и подлости, решили его погубить. Посовещавшись, они задумали поймать Его на каком-нибудь неосторожном высказывании. Фарисеи подослали к Нему человека, который должен был задать Христу провокационный вопрос — платить иудеям налоги римским властям или нет. В те времена Рим требовал от иудеев платить налоги, чего тем делать совсем не хотелось. Если Христос скажет, что платить нужно, он восстановит народ против себя. Если же скажет, что нет, не нужно, римские власти, узнав об этом, его жестоко накажут — непременно арестуют и бросят в тюрьму.
И вот фарисеи отправили к Христу «лукавых людей», которые притворились благочестивыми, и спросили Его: «Учитель! Мы знаем, что Ты справедлив и наставляешь воистину на путь Божий, что Ты не лицеприятен и никому из людей не угождаешь. Так скажи нам: должны ли мы платить подать кесарю или нет? Как Ты думаешь?» Но Иисус, уразумев коварство их, ответил: «Вы испытываете Меня, лицемеры? Покажите-ка Мне монету, которой платится подать». И когда они подали Ему динарий, Иисус спросил у них, чье это изображение и надпись. «Кесаря», — последовал ответ. Тогда Он говорит им: «Отдавайте же кесарю кесарево, а Богу — богово». Услышав это, они удивились и, оставив Его, отошли.
Вот и Альфонсо был уверен — римским папам он был готов отдать незыблемую веру в Господа, а свои земли, свои «динары», хотел оставить себе. Не случайно слова «Отдавайте кесарю — кесарево, а Богу — богово» были отчеканены на феррарских монетах.
Христос на картине Тициана — идеал человека, он прекрасен и физически, и внутренне. Все это видно в выражении его лица, в глазах, в которых — мудрая печаль, понимание природы человеческой, ее низости и ее высоты. Его образ спокоен, светел, благороден. Зато в облике фарисея, задающего вопрос Христу, — и корысть, и лицемерие, и суета, и вульгарность, и — способность предать.
Темная рука, жилистая, грубая, горбатый нос, морщинистое лицо, в ухе — серьга. Тициан не оставляет нам сомнений: на картине сразу видно, кто воплощение греха, средоточие самых гнусных качеств, а в ком высота духа, чистота помыслов и деяний. Об этом говорят чисто живописные приемы великого мастера — и композиция, и краски, которыми написаны Христос и фарисей. Христос написан светлыми, тонкими красками, а фарисей — коричневыми, темными… Тут не просто встреча Христа и фарисея, библейских персонажей, тут — встреча двух противоположных миров, двух совершенно разных пониманий жизни, прекрасного, возвышенного идеала и реальной действительности, в которой столько подлости, гнусности, неправды. И недаром фарисей крепко держит в руках монету, этот символ земной власти и богатства. А Христу она не нужна, у него совсем другая власть — власть духовная.
Когда Тициан писал эту картину, ему было всего 40 лет. Впереди была долгая творческая жизнь, создание множества великолепных картин, работа для самых могущественных правителей Европы, успех, материальное процветание… И в его душе тоже всегда боролись два начала — корысть, честолюбие, жажда признания и невероятная преданность своему делу, искреннее служение искусству. В этом человеке было столько энергии, столько творческой мощи, что сломить его, казалось, было невозможно. Но это удалось чуме — он умер, когда ему было 90 лет, заразившись от своего сына.
Долгие годы эта небольшая, но великолепная картина украшала кабинет герцога Альфонса. А между тем противостояние Феррары и Ватикана продолжалось, и в 1598 году войска папы Климента VIII все-таки вошли в Феррару. Тогдашний ее правитель герцог Чезаре д’Эсте был изгнан из своего города — он бежал в Модену, которая пока еще принадлежала д’Эсте. Замок же в Ферраре с большим энтузиазмом разграбили доблестные воины папы. Многие сокровища, собранные когда-то Альфонсо и хранившиеся в его знаменитых Алебастровых комнатах, отделанных великолепными мраморными рельефами Антонио Ломбардо, ушли в Рим, к кардиналу Пьетро Альдобрандини. Какие-то картины Чезаре все-таки удалось увезти с собой в Модену. Позже в Модену перевезли и оставшуюся в Ферраре часть коллекции — скульптуры, семейные портреты. К счастью, в Модену попал и тициановский «Динарий кесаря».
В начале XVIII века благодаря потомкам Альфонсо д’Эсте, унаследовавшим его любовь к искусству, герцогская галерея в Модене славилась как одно из лучших художественных собраний в Европе. Но в 1733 году герцогом д’Эсте стал Франческо III, который предпочитал искусству военное дело. Озабоченный трудным политическим положением своего небольшого государства — ему угрожали австрийские Габсбурги, мечтавшие завладеть его землями, — он заключил союз с Испанией и, чтобы укрепить свою армию, решил распродать часть семейной коллекции, с таким тщанием и старанием собиравшейся многие десятилетия его предками.
Союз с Испанией не спас д’Эсте — в 1740 году австрийцы все-таки овладели Моденой. Франческо, вынужденный покинуть родину, отправился в Венецию, где занялся восстановлением своей армии, изрядно потрепанной военными неудачами, для чего решил продать еще 100 картин. Он выставил цену в 100 000 цехинов — эта сумма, по тем временам не очень внушительная, позволяла ему сделать то, что он хотел. Узнав о распродаже коллекции д’Эсте, саксонский курфюрст Август III тут же принял решение приобрести ее. 14 июля 1745 года соответствующие документы были подписаны, и картины феррарских герцогов отправились в Дрезден. Уже в октябре 1746 года они заняли приготовленное для них место, став основой ныне всемирно известной Дрезденской галереи. Август III был счастлив, зато Италия тогда лишилась выдающихся произведении искусства. Урон ее национальному достоянию был огромен.
В начале XIX века демократические идеи овладевали не только умами прогрессивных кругов — коронованные персоны тоже были не чужды такого рода настроений. Вот и саксонские курфюрсты полагали, что их собрание, прежде всего, принадлежит народу, а потому в 1831 году оно было национализировано и с тех пор доступно для всех любителей искусства. Дрезденская галерея стала в Европе первым из королевских собраний публичным музеем.
В апреле 1867 года в галерее появился ничем не выделявшийся из обычной толпы туристов посетитель. Его звали Федор Достоевский. Уже были написаны многие его великие произведения, («Село Степанчиково..», «Записки из Мертвого дома», «Дядюшкин сон», «Преступление и наказание»), но главные его романы — «Идиот», «Братья Карамазовы», «Бесы» — были еще впереди. Дойдя до картины Тициана «Динарий кесаря», Достоевский остановился и долго рассматривал ее. В своем дневнике жена писателя А. Г. Достоевская писала, что писатель приравнивал эту картину к «Сикстинской мадонне» Рафаэля, которую ставил в живописи превыше всего и признавал за «высочайшее проявление человеческого гения». Что же так поразило Достоевского в «Динарии кесаря»? Краски, композиция? Блестящая передача сюжета евангельской притчи? Или же выходящий за рамки ее темы глубокий философский смысл? Скорее всего, тонко понимавший живопись, Достоевский не мог не почувствовать в картине великолепно выраженное Тицианом вечное противоборство в душе человека — темного и светлого, низкого и высокого, корысти и благородства. Что победит?
Что будет определять жизнь человека? И, наверное, как полагают многие исследователи творчества Достоевского, именно об этом шедевре мировой живописи вспоминал писатель, когда создавал свою знаменитую легенду о великом Инквизиторе в романе «Братья Карамазовы», когда размышлял о конфликте добра и зла, Христа и Антихриста. Достоевский, словно глядя на картину Тициана, рассказывает о встрече Инквизитора и Христа. И «Инквизитор … долго всматривается в лицо Его … ни на мгновение не отрываясь взглядом от своего пленника». И как у Тициана, у Достоевского в этом столкновении побеждает Христос.
В 1939 году Европу захлестнула самая страшная за всю историю человечества война — Вторая мировая. Немцы хорошо понимали ценность дрезденского собрания, а потому в 1942 году было принято решение надежно спрятать шедевры, собранные саксонскими курфюрстами. Поначалу их вывозили недалеко, в замки местной знати, а в 1944 году, по приказу имперского комиссара обороны 4 военного округа гауляйтера Мартина Мучмана, многие шедевры, а вместе с ними и «Динарий кесаря», были перевезены подальше, к западу от Эльбы, и спрятаны в заброшенных известняковых штольнях. И это было не зря — Дрезден подвергся мощной бомбардировке американской авиации, множество зданий и церквей было разрушено, пострадало и здание галереи. К счастью, картин там уже не было. Укрытия, выбранные немцами для дрезденских сокровищ, были с отоплением, освещением и вентиляцией, однако, когда эти хранилища обнаружили солдаты Советской армии, все это уже не работало, в штольнях стояла вода. Картины пролежали там, в этих ужасных условиях, несколько месяцев! «Динарий кесаря» валялся в дальнем конце штольни. На поверхности доски, впитавшей в себя влагу, на всем красочном слое были глубокие длинные шрамы. Найденные сокровища были отправлены в Москву, в Музей изобразительных искусств имени Пушкина. «Многие картины из собрания были в очень плохом состоянии, — вспоминала Ирина Антонова, президент ГМИИ им. Пушкина. — Их потом привезли в Россию и некоторые в буквальном смысле слова спасли: они отсырели, красочный слой испортился. Я прекрасно помню свою первую встречу с Дрезденской галереей в Москве в августе 1945 года: как распаковывали ящики, вынимали картины… В очень тяжелом состоянии находился тициановский «Динарий кесаря» — доска промокла. И некоторые другие произведения итальянского Ренессанса находились на грани гибели…» В Москве картинами занялась команда лучших реставраторов страны во главе с замечательным художником и опытным реставратором Павлом Дмитриевичем Кориным. Тополиная доска, на которой был написан «Динарий кесаря», была вся пропитана водой, и ее пришлось сушить два с лишним года. Реставрировал тициановский шедевр сам Корин — долго, тщательно, по кусочкам…. Павел Дмитриевич блестяще справился со сложнейшей задачей. «Динарий кесаря» снова ожил, творение Тициана было сохранено для потомков!
В 1955 году картины Дрезденской галереи (1240!), отреставрированные советскими мастерами, были отправлены в Дрезден. Советское правительство в знак доброй воли все-таки решило вернуть Германии (Германской Демократической республике, ГДР) эти бесценные военные трофеи. 3 июня 1956 году первые посетители галереи, восстановленной после страшных бомбежек, смогли вновь увидеть ее сокровища. И вновь встретиться с тициановским Христом, вновь пережить неизбежную победу Добра над Злом…
Источник: журнал «Смена» №7 2020г.