Одноглазая царица. Виктор Банев.

У каждой древней культуры есть такие архео­логические находки, которые становятся её символами. Для Древней Греции это Венера Милосская, для Древнего Рима – капитолийская волчица. А для Древнего Египта такую роль сыграл знаменитый бюст царицы Нефертити, найденный при раскопках в 1912 году. Вот только правда ли это античный артефакт? Или весь мир стал жертвой крупнейшей аферы в истории?

Фараон Эхнатон – одна из самых загадочных и сложных фигур в истории Древнего Египта. В середи­не XIV века до нашей эры он провел огромное количество реформ и перевернул жизнь в стране буквально с ног на голову. В том числе пере­нёс столицу из древних Фив в основанный им город Ахе­татон. Сейчас на этом месте стоит арабский город Тель-эль-Амарна. Археологи очень долго подбирались к этому объекту, и систематические раскопки там начали только в 1907 году. Ахетатон не об­манул их ожиданий, подарив множество ценных находок.

В том числе – невероятной красоты бюст верной спутни­цы Эхнатона, помогавшей ему во всех свершениях – царицы Нефертити.

Честный раздел?

Раскопки велись под ру­ководством научного атташе Германии в Египте Людвига Борхардта. Он сумел органи­зовать работы наилучшим об­разом: составил подробную карту местности, и археологи планомерно двигались, рас­капывая дом за домом. Нахо­док было много и они не пере­ставали радовать: загадочная эпоха Эхнатона открывалась перед исследователями во всей своей красе.

Помимо всего прочего была найдена и мастерская главного скульптора Эхна­тона, а в ней – множество бюстов фараона, как целых, так и расколотых на части.

На этом участке Борхардт ра­ботал лично, надеясь найти выдающиеся произведения древнеегипетского искусства.

И чутье его не подвело – 6 де­кабря 1912 года из земли был извлечен удивительно хоро­шо сохранившийся раскра­шенный бюст царицы Нефер­тити. «Краски как будто только что наложены. Великолепная работа. Описывать бесполез­но, надо видеть», – с востор­гом описывал Борхардт свою находку.

У скульптурного изображе­ния царицы были несколько повреждены уши и отсут­ствовал левый глаз. Оно со­ставляло пару к раскрашен­ной голове самого фараона, которая дошла лишь в виде осколков. Причем, судя по всему, эти повреждения были не случайными – бюст Эхнатона разбили во время погрома, устроенного в Ахетатоне по­сле его смерти теми, кто был недоволен радикальными реформами. То, что бюст Нефер­тити при этом уцелел, – насто­ящее чудо.

Совершенно очарованный своей находкой, Борхардт те­перь ломал голову над тем, как вывезти ее из Египта. Дело в том, что, подействовавшему соглашению, все найденное археологами делилось на две равные части – полови­ну забирала страна, прово­дившая раскопки, половина оставалась в Египте. Казалось совершенно очевидным, что египтяне заберут ту половину, в которой будет уникальный бюст.

О том, на какие уловки пу­стился Борхардт, чтобы оста­вить находку себе, ходит мно­жество легенд. Например, что он специально заказал поддельный алтарь – раскра­шенную стелу с изображени­ем Эхнатона, Нефертити и их троих детей. Мимо такого шикарного экспоната Служ­ба древностей Египта пройти не могла. Впрочем, никаких прямых доказательств под­дельности алтаря (который действительно с тех пор украшает залы Каирского му­зея) не существует.

По другой версии  прекрас­ный бюст Нефертити оберну­ли фольгой и залили гипсом, чтобы выдать за недоделан­ную заготовку. Соответствен­но, во время дележа предста­вители Службы древностей просто не могли увидеть, от чего отказываются.

Споры вокруг шедевра

Так или иначе, но Бор­хардт прекрасно понимал, что Германия получила бюст Нефертити не совсем честно.

Он опасался, что это может вызвать проблемы при прове­дении дальнейших раскопок в Египте. Поэтому был кате­горически против публичной демонстрации артефакта.

В течение 13 лет бюст нахо­дился в частной коллекции на вилле хлопкового магната Джеймса Симона, финанси­ровавшего экспедицию Борхардта. Там ее могли увидеть лишь представители высшего общества. В том числе – кай­зер Вильгельм II, который был восхищен тем, что в Германии хранится такой шедевр.

В 1924 году в Новом музее Берлина открылась посто­янная большая экспозиция находок из Тель-эль-Амарны. Там перед публикой впервые предстал и бюст Нефертити.

Он сразу же произвел фурор как среди специалистов, так и широкой публики. И тут же выяснилось, что Борхардт был абсолютно прав, опаса­ясь претензий. Осознав зад­ним числом, какую культур­ную ценность они позволили вывезти за рубеж, египетские власти немедленно потре­бовали от Германии вернуть бюст Нефертити на родину. За­одно они лишили Борхардта лицензии на раскопки и при­няли новый закон, согласно которому все уникальные по своим художественным ка­чествам археологические на­ходки должны были отныне оставаться в Египте.

В 1929 году Египет практи­чески договорился с Мини­стерством науки, искусства и народного образования Германии об обмене бюста на другие исторические цен­ности. Но тут уж возмутились немцы, не желавшие лишать­ся артефакта, уже успевшего стать символом германской археологии. Под давлением общественности чиновники срочно отказались от сделки.

Самый реальный факт по­лучить Нефертити обратно Египет получил после при­хода к власти в Германии на­цистов. В 1933 году идею по­дарить бюст королю Фуаду I на годовщину коронации выдвинул Герман Геринг, за­нимавший тогда должность министра-президента Прус­сии. Его горячо поддержал Йозеф Геббельс, считавший, что такой шаг даст большой положительный эффект с про­пагандистской точки зрения. Но их аргументы не убедили Гитлера, и в 1935 году от этого плана отказались.

После Второй мировой войны бюст Нефертити не­надолго стал яблоком раздо­ра между СССР и США. Обе сверхдержавы претендовали на то, чтобы вывезти древне­египетский шедевр в свои му­зеи. Уступать не хотел никто, и к 1947 году дело закончили миром, решив оставить арте­факт в Германии. При этом со­вершенно не учитывались ин­тересы Египта, который до сих пор считает, что в 1913 году Нефертити была вывезена обманом и требует возврата шедевра.

Роковое недоразумение

Сейчас бюст Нефертити экспонируется в отдельном зале Нового музея. Тысячи туристов приходят, чтобы уви­деть этот непревзойденный шедевр искусства Древнего Египта, который по уровню своего значения можно срав­нить разве что с золотой ма­ской Тутанхамона. Между тем, немало людей считают, что на самом деле в музейной ви­трине стоит хитроумная под­делка. Эта версия появилась еще в начале 1980-х годов, и с тех пор у нее появилась как армия сторонников, так и весьма последовательные критики.

Интересно, что сторонни­ки версии о поддельности бюста считают, что всё про­изошло не по злому умыслу, а из-за недоразумения. Бюст мог быть изготовлен по заказу Борхардта для демонстрации на нем египетских украшений, найденных ранее на раскопе.

Известно, что в день, когда был найден бюст Нефертити, раскопки посещали члены саксонского королевского дома – принц Иоганн Георг с супругой и сестрой. Возмож­но, именно для них и была за­думана эта импровизирован­ная выставка.

Высокие гости, увидев пре­красный бюст, приняли его за настоящий артефакт, приш­ли в восторг и рассыпались в восторгах. Указывать им на ошибку было крайне неловко, тем более что принц Иоганн Георг имел репутацию выда­ющегося искусствоведа. Вот и пришлось срочно сочинять историю про удивительную находку.

Основным доказатель­ством, как правило, считается отсутствующий левый глаз царицы. Эту загадку действи­тельно не может разгадать ни один египтолог. Почему ис­кусно изготовленный и тща­тельно раскрашенный бюст сделан без глаза? Тем более что в глазнице отсутствуют какие-либо следы клея. То есть вкладка не выпала из-за повреждений – ее там никог­да не было. Можно поверить, что мастер начала XX века, работавший по заказу Бор­хардта, не успел доделать работу над муляжом в срок.

Но трудно представить, что так оскандалился древне­египетский скульптор, делав­ший самое прекрасное изо­бражение своей царицы. За такое можно было и головы лишиться!

Однако все версии о под­делке опровергаются хими­ческим анализом. Ни одного следа материалов начала XX века на бюсте обнаружить не удалось, как ни искали. Зато удалось точно установить, что бюст изготовлен из так называемой амарнской гипсо-ангидридовой смеси с ча­стицами известняка – такой же, как и другие скульптуры времен Эхнатона. Нюанс со­стоит в том, что во времена Борхардта состав этой смеси ещё не был известен. Так что подделать артефакт с такой точностью он бы не смог при всём желании.

Источник: журнал “Загадки истории” №32  2018г.