Родовая карма Лермонтовых и … загадка Олега Даля. А.Херсонов.

Ответы на жгучие «почему» судьбы Михаила Юрьевича Лермонтова (15.10.1814 – 27.07.1841) следует искать в тайнах рода, о котором в старину бы сказали, что на него «ниспослана Божья кара», а современным языком – «родовая карма».

Художник К.А. Горбунов. 1841г. Последний прижизненный портрет М. Ю. Лермонтова.
Художник К.А. Горбунов. 1841г. Последний прижизненный портрет М. Ю. Лермонтова.

 Тайна первой и последней минуты жизни.

С первой и до последней минуты жизнь М.Ю.Лермонтова являла собой цепь удивительных загадок. И это не преувеличение. Близкий друг семьи Лермонтовых, Пётр Кириллович Шугаев, знавший подробности жизни Лермонтовых и всю жизнь собиравший материалы о Михаиле Юрьевиче, отметил, что «акушерка принимавшая роды, по каким-то только ей ведомым приметам тут же заявила, что этот мальчик не умрёт своей смертью».

Пророчество прозвучало около полуночи со 2 на 3 октября 1814 года в Москве у Красных ворот в доме генерал-майора Ф.Н.Толя.

Загадка последней минуты жизни поэта заключалась в том, что перед роковым выстрелом Лермонтов был удивительно спокоен, умиротворён, даже счастлив, поскольку смерть ожидал с улыбкой на лице.

Словно ждал избавления от …жизни. Именно об этом вспоминает секундант Лермонтова князь А.И.Васильчиков, которого поразило «весёлое выражение лица Лермонтова». В какой-то мере ответ на загадку даёт и сам Лермонтов. Правда, устами героя Печорина: «Я вступил в эту жизнь, пережив её уже мысленно, и мне стало скучно и гадко, как тому, кто читает дурное подражание давно ему известной книги».

Провокация на убийство.

Назовём вещи своими именами: Михаил Юрьевич Лермонтов не хотел жить и спровоцировал своего приятеля Николая Мартынова на убийство. К такому выводу в недописанных воспоминаниях после многолетних мучительных раздумий приходит и сам Н.Мартынов.

Воспоминания участников «дуэли» ясно дают понять, что стрелять в Н.Мартынова у М.Лермонтова не было даже в мыслях. Он и сам об этом заявил перед командой «Сходись». По сути, подставил себя под расстрел Мартынову. В роковые минуты дуэли, крайне обозлённый на М.Ю.Лермонтова, Н.Мартынов не мог осознавать зловещего плана поэта. Иначе, выстрел прозвучал бы в воздух… Спустя 30 лет, на исходе жизни, Н.Мартынов указал на рок, который выбрал его в убийцы великого поэта, а себя посчитал жертвой адского замысла.

Лермонтов по имени… «Печорин»?

Любопытен и другой факт: Лермонтов считал необходимым исповедоваться устами героев своих произведений. Словно хотел «раскрыть глаза» читателю на самое себя. Быть узнанным и понятым до конца.

В.Г.Белинский отмечал, что «Печорин – сам Лермонтов». И тут самое время остановиться на загадке внешности Лермонтова. Дело в том, что, принадлежа к зодиакальному типу «Весы», управляемый Венерой, Михаил Лермонтов должен был иметь достаточно привлекательную внешность.

Но внешность его многих отталкивала. Что тому причиной?

Родовая карма? Прегрешения  предков, за которые пришлось нести наказание поэту? Поверим свидетельству И.С.Тургенева: «В наружности Лермонтова было что-то зловещее и трагическое, какой-то сумрачной и недоброй силой, задумчивой презрительностью и страстью веяло от его смуглого лица, от его больших и неподвижных глаз».

«Казнить, нельзя помиловать».

Тема смерти одна из ведущих в поэзии М.Ю.Лермонтова. Поэт любил словом «смерть» озаглавливать свои стихотворения. В одном из них признаётся: «Я предузнал мой жребий, мой конец и грусти ранняя на мне печаль». Что это, ясновидение? Вероятно. Этот же вывод следует из пророческого предсказания: «На месте казни – гордый, хоть презренный, я кончу жизнь мою». Так по существу и было. Но заметьте – КАЗНИ.

О дуэли, как поединке равных, и речи нет. История дуэли Лермонтова – история организованной самим Лермонтовым собственной казни…

За что же не любил себя Лермонтов? Загадка! Ясно понимал: «И не забыт умру я. Смерть моя ужасна будет». И тянулся к смерти:

«Кровавая меня могила ждёт, могила без молитв и без креста».

Действительно, участники похорон вспоминали: «Похороны прошли не по христианскому обряду, погребение пето не было». Вывод напрашивается один: поэт знал своё будущее, свою горькую долю.

Сила неминучая.

И ещё загадка судьбы поэта, загадка фатального приближения к смерти. Современники дружно свидетельствуют о том, что М.Ю.Лермонтов остро предчувствовал неизбежность ранней гибели. Много говорил о ней перед отъездом на Кавказ. Какая-то дьявольская сила влекла поэта в Пятигорск, в то время, когда ему было предписано двигаться к месту службы, в полк, на боевые позиции. Лермонтов умолял Столыпина свернуть с маршрута и несколько дней провести в Пятигорске. Зачем?

И когда сопровождающий его Столыпин отказал в непонятной просьбе, Лермонтов уговорил бросить жребий, который взял сторону Лермонтова. Поэт возрадовался как ребёнок: «Едем, едем! Велите запрягать лошадей!»

Это был ещё один желанный для Лермонтова шаг к окончанию жизни. Рассказывают, что приехав в Пятигорск и увидев приятеля Николая Мартынова, «без пяти минут убийцу», Лермонтов воскликнул: «Ведь и Мартышка, Мартышка здесь!». Всё складывалось так, как хотелось Лермонтову. Свою казнь он назначил на 7 часов вечера 15 июля 1841 года у подножия горы Машук…

Не жилец.

Почему же не жилось Михаилу Юрьевичу? Не по той ли причине, по которой не жилось и его предкам? Дед Лермонтова М.В.Арсеньев, не дождавшись в новогоднюю ночь любовницы, выпил стакан «какой-то дряни» и умер.

Мать поэта, Мария Михайловна, некрасивая и не в меру ревнивая, страдавшая «женской болезнью», не удержалась и за прегрешения устроила красавцу-мужу скандал, а тот вспылил и ударил жену. Да так, что после этого у Марии Михайловны «развилась злая чахотка». В результате мать маленького Миши во цвете лет сошла в могилу, а отец Юрий Петрович, оставив сына на попечение любимой бабушки, вскоре спился и умер 46 лет отроду. Вот откуда взялось знаменитое признание: «Я никому не мог сказать священных слов «отец» и «мать». Со смертью Михаила Юрьевича несчастный род Лермонтовых пресёкся.

Загадка Олега Даля.

Удивительно, но рассказывают, что Олег Даль ещё в юном возрасте, прочитав «Героя нашего времени», твёрдо решил стать актёром, чтобы сыграть Печорина на сцене.

И горькие годы последних лет жизни актера Олега Даля, странным образом оказались связаны с именем Михаила Лермонтова. Выдающийся актёр, не понятый многими собратьями по искусству, подобно великому поэту, был на удивление обозлён жизнью. И так же, как и поэт, жизнью не дорожил.

Рассказывают, что однажды проведённая экспертиза специалистов по физиогномике склонилась к тому, что Олег Даль имел родственное отношение к современнику М.Ю.Лермонтова известному врачу, литератору и автору толкового словаря, Владимиру Далю. Не потому ли Олег Даль мистическим образом притягивался ко всему, что было связано с именем Михаила Юрьевича Лермонтова? Тот, кто видел моноспектакль Олега Даля по произведениям великого поэта, говорит о потрясающем впечатлении. О глубоко заинтересованном, родственном, кровном отношении актёра к имени и образу Михаила Лермонтова.

Ещё одна загадка? Тема «М.Ю.Лермонтов» была явно «больной» в творчестве Олега Даля. Не случайно актёр побывал на родине поэта, много работал в Тарханах и настолько проникся духом М.Ю.Лермонтова, что, казалось, создал иллюзию точного повторения голоса самого поэта.

Когда в 1983 году сотрудник  Гослитмузея М.Ю.Лермонтова  С.Филиппов услышал, как именно читает произведения поэта Олег Даль, то высказал следующее удивительное признание: «Я не просто услышал голос Лермонтова – передо мной открылась огромная личность».

Дело дошло до того, что сотрудники музея пошли навстречу Олегу Далю и приняли беспрецедентное решение. Они вскрыли семейный склеп Лермонтовых и предоставили актёру возможность побывать наедине с прахом великого поэта. Этот факт невольно наводит на крамольную мысль, что в одном из прошлых воплощений Олег Даль, вероятно, был связан с судьбой великого поэта.

«Я родился под созвездием Близнецов. Отсюда мой гороскоп. Моя судьба. Слишком много в этом верного, но и неверного».

Эту дневниковую запись Олег Даль сделал в январе 1972 года. Согласитесь, удивительны эти признания. Удивительны тем, что написаны в то время, когда ни о каких «гороскопах» граждане СССР и понятия не имели. Не то было время. Но только не для Даля… О склонности Олега к пониманию запредельного, высшего, вспоминают многие. Н.Галаджева: «Актёр постоянно оставлял после себя ощущение недоговорённости, недосказанности. Так и ушёл молча, унеся с собой свою тайну». А вот свидетельство Людмилы Гурченко: «Его молчание – не замкнутость, а какое-то красноречивое, особенное молчание. В нём жила загадка. Казалось, он был тут. И всё-таки тут его не было».

Валентин Гафт: «В нём существовала какая-то тайна, которая притягивала меня к нему». Об этом же говорит и Михаил Козаков: «Как был загадкой – даже для меня, человека, который довольно долго его знал, работал с ним, так и остался».

 Олег Даль – человек М.Ю.Лермонтова?

Что же неотвратимо влекло Олега к лермонтовскому герою?

Многие товарищи по сцене готовы отмечать в Олеге Дале «байронические» черты великого поэта. Не в этом ли причина, по которой в конце жизни поэт обратился к жизни и творчеству М.Ю.Лермонтова? Трагической жизни, по существу такой же, как и собственная, поскольку уходил он из неё глубоко неудовлетворённым и даже крайне обозлённым: «Я не могу жить своей жизнью. Я стал чуть-чуть выпивать. Это плохо для работы, но хорошо для души. Работа не приносит мне удовольствия».

Как и Лермонтов, Олег Даль неожиданно переходил от веселья к замкнутости, от беззащитности к высокомерию, как своего рода защитной маске. Много работавший с артистом А.Эфрос вспоминает: «Он был загадочной личностью. Насмешливость, требовательность и в то же время какая-то безответственность, способность мучить других, мучить себя – всё это в нём было». Как и Лермонтов, Олег Даль любил «ставить партнёра в глупое положение». Но поэт поплатился за это жизнью… Слава Богу, чаша сия миновала строптивого актёра. Не потому ли, что в наши времена дуэли – дело исторического прошлого? Во всяком случае, вспоминают, что однажды Иннокентию Смоктуновскому пришлось выслушать от Олега Даля такое, что оскорбление Лермонтовым Николая Мартынова выглядит невинной шалостью.

Странные манеры.

Человек с «внутренним  миром, как ситом художника» не может восприниматься массовкой иначе, как человек странный. Странный – означает непонятный, закрытый для других. Странности Олега Даля становятся отчасти понятны, когда обнаруживаешь его кредо художника: «Артист – это тайна. Он должен делать своё тёмное дело и исчезать. В него не должны тыкать пальцем на улицах. Он должен только подчёркивать своё лицо в работе, как Вертинский свою белую маску, что-то проделывать, а потом снимать эту маску, чтобы его не узнавали».

Олег Даль не терпел к себе неуважительного отношения и имел на то право, право исключительной личности. Требовал к себе уважения даже тогда, когда сам поступал крайне неуважительно. Например, накануне премьеры, будучи ведущим актёром, неожиданно уходил из театра. Далеко неслучайно, оказавшись в самоизоляции, в одиночестве, он занялся ведением дневника, которому поверял свои странные мысли.

Случались у него и «закидоны». Когда во время спектакля он садился на край сцены и просил у зрителей из первого ряда закурить или во время ответственной репетиции за кулисами так «набирался» с Георгием Бурковым, что ни о какой работе не могло идти и речи.

Взгляд «по ту сторону».

Известно, сколь много Лермонтов писал о смерти и даже этим невесёлым словом озаглавливал стихотворения. Было своё особое отношение к смерти и у Олега Даля. Не потому ли прозорливцы, вроде Г.Козинцева, прощали ему такое, что другим бы никогда не простили. По его словам, ему «было жаль актёра, поскольку тот был не жилец». Олег Даль, подобно Андрею Миронову, так же пророчески предвидел собственную смерть. В феврале 1980 года он объявил: «Сначала уйдёт Володя, потом – я». Так и случалось: сначала ушёл Владимир Высоцкий, затем Олег Даль. В воспоминаниях Фигловской на съёмках «Принца Флоризеля» она «увидела человека с совершенно погасшими глазами, не хотевшего жить». Причину видела в том, что он «устал биться, доказывать… ему было безумно тяжело». И Даль начинал прикидывать, что же останется после его смерти: «После Володи останутся его песни, а после меня мои фильмы». И добавлял: «Мне бы хотелось, чтобы память обо мне осталась хорошей».

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *