Историки не прекратят спорить о декабристах – кем были, какую роль сыграли в судьбе России. Потому что в оценках их поступка одной правды нет. И это касается всех, кто 14 декабря 1825 года вышел на Сенатскую площадь Петербурга – брать власть. Ничего не получилось. В итоге погибли 1270 человек. Из них 150 детей и 80 женщин, которые пришли поглазеть на восстание военных.
Бунтовщиков осудили. Из почти двухсот заговорщиков кого приговорили к пожизненной каторге, кого сослали в Сибирь, десятки офицеров разжаловали и отправили воевать на Кавказ. Пятерых казнили. Этих мы помнил поимённо: Павел Пестель, Кондратий Рылеев, Сергей Муравьёв-Апостол, Михаил Бестужев-Рюмин и Пётр Каховский.
Главным у них был Пестель. Но обладал блестящим умом, имел властолюбивый и решительный характер. Сын губернатора Сибири – сенатора, герой войны 1812 года, он уже в 28 лет стал полковником. Пушкин им восхищался. Давайте же посмотрим на Павла внимательнее. Что перевернулось в голове юноши, родившегося с серебряной ложкой во рту? Почему он стал противником власти, этот, как сегодня бы сказали, мажор? Историки объясняют так. Пестель в военных походах побывал в европейских сьолицах, посмотрел на тамошнюю жизнь, а в окопах лучше узнал простой народ и, как многие молодые мыслящие офицеры, загорелся идеей построить другую Россию. Как? Пестель считал, что надо уничтожить самодержавие, принять конституцию, ликвидировать сословные привилегии.
Достижение цели он видел в создании тайных обществ и государственном перевороте с истреблением всей императорской семьи. В этом вопросе среди его друзей-заговорщиков были разногласия. Но подавляющий своим авторитетом Пестель настаивал: мало убить одного царя – нельзя и наследников оставлять живыми.
Почему затея так бездарно провалилась? Вот лишь несколько причин. Декабрьское выступление не было подготовленным и вышло спонтанным. Офицерам пришлось обманом выводить солдат на площадь, скрыв истинный замысел акции, и потому в результате вместо поддержки получили растерянность и непонимание. Некоторые из активных членов тайного общества накануне выступления вдруг пошли на попятную. Храбрейший из офицеров-фронтовиков Александр Якубович в последний момент отказался идти арестовывать царскую семью. Пётр Каховский должен был убить императора, но испугался. У него хватило духа выстрелить в спину прославленному генералу Милорадовичу. Князь Сергей Трубецкой вообще не явился утром на площадь.
Что ж за публика такая собралась под знамёнами тайных обществ? На допросах, которые проводил нередко сам Николай I, декабристы раскаивались, «сливали» планы и своих товарищей. Выгораживая себя, многие указывали на Пестеля. Павел поначалу вёл себя дерзко, но под конец целыми списками, кого мог вспомнить, начал выдавать соратников. Поэт Рылеев поиграл в благородство, взяв всю вину на себя, но в конце концов раскрыл все планы заговорщиков. В интернете есть сохранившиеся оригиналы подробных протоколов допросов, которые говорят не только о тех декабрьских событиях, но и характеризуют их участников. Чтение протоколов, скажу я вам, заставляет забыть всё, что толковали нам советские учебники.
Павла Пестеля и четверых его соратников приговорили к четвертованию. Однако НиколайI не хотел начинать своё царствование с крови, поэтому топор заменили верёвкой. Заговорщики 25 июля 1826 года вместе взошли на виселицу. Так всё закончилось.
Между тем, для нас непривычно, что семьям, потерявшим кормильцев, специальным указом императора было назначено денежное вспоможение, никто из родственников осуждённых не был ущемлён по службе и в дворянских привилегиях.
Один из братьев Пестеля, например, стал сенатором и губернатором в Симферополе, другой дослужился до поста владимирского вице-губернатора. Удивительно, но так было. Это позже, уже в стране торжествующего народовластия не стеснялись весь род оппонентов вырезать под корень.
Все от истории хотят получать прибыль. Большевики извлекли свои дивиденды простым способом. Тех, кто выступал против царей, они признали героями и идейными борцами. Болотников, Разин, Пугачёв, декабристы, народовольцы…
Ленин окрестил Пестеля и компанию революционерами, и с тех пор в истории Сенатской площади появились другие акценты. Те были за народ, и мы – за народ. Те выступали за справедливость, равенство, свободы, и наши цели такие же. Лучших параллелей для захвата дворцов и укреплений новой власти и искать не надо было. К тому же именем народа можно любые действия оправдывать. И это ерунда, что декабристы были «страшно далеки от народа». Кто из вас хорошо учился в школе, тот помнит эти ленинские слова. На самом же деле, как видим, цель оправдывает средства.
А всех последующих «декабристов» – тех, кто уже после 1917 года выражал своё недовольство властью, называли конторой, врагами народа, антисоветчиками. Эти тоже уже стали частью истории – прошлого, которое всегда находятся охотники переписать. Опять-таки именем народа. И будто ради его же блага.
Автор: Виктор Дудко
Источник: «Друг пенсионера», календарь 2021г
